Пиратская партия 

Пиратская партия 

Особое мнение — Пиратская партия 
...в большинстве случаев собранные деньги уходят не авторам и хозяевам копирайта, а на лоббирование полиции и законодателей. Проще будет эти деньги собрать в виде налогов, отменив драконовские законы; взять и отдать авторам. Но пока копирайт не отменили,
Игроманияhttps://www.igromania.ru/
Особое мнение
Пиратская партия 

Миша Вербицкий

Редактор журналов :ЛЕНИН:, END OF THE WORLD NEWS, автор книг «Антикопирайт», «Против культуры», художественный директор независимого лейбла «Ур-Реалист». По профессии — математик (автор монографии и множества научных статей). Проживает в Москве, работает в Англии.

В компьютерные игры играет с 1986 года (начиная с Elite на компьютере Sinclair ZX Spectrum). Любимые игры — Master of Orion, Civilization, Angband.

Жизнь меняется, и каждый может наблюдать это вокруг себя. В «развитых странах» реальный сектор экономики сократился до 10% населения. В сельском хозяйстве Америки занято 3 млн человек, при этом 85% продукции производится силами 100 тыс. рабочих-аграриев, из остальных 3 млн половина едва способны прокормить самих себя.

Похожая картина и в индустрии. По большей части граждане «развитых» стран» — офисные работники, врачи, учителя, торговцы. Это и понятно: реальный сектор убыточен и существует от правительственных дотаций. Неквалифицированный труд стоит исчезающе дешево, а производительность квалифицированного труда растет вдесятеро против роста потребностей.

Мифический «простой народ» (небритые парни в ватниках, остро пахнущие алкоголем) по большей части вымер в мутные 90-е, когда закрылись заводы, перестали платить зарплаты, а самым дешевым (а для многих единственным) средством получения ежедневной порции калорий стал дешевый алкоголь в виде паленой водки, настоек и питьевой политуры. За всю Россию не скажу, но в Москве работников физического труда остались считанные сотни тысяч. Да и то в основном привозные таджики. Возможно, в уничтожении реального сектора экономики Россия продвинулась меньше «развитых стран», но маргинальность и анахроничность бывших рабочих и крестьян видна невооруженным глазом.

«Массовый человек» современности — офисный сотрудник; а «массовое производство» — производство продуктов, защищенных копирайтом. Институт копирайта есть основной институт, регулирующий экономические отношения. И этот институт умирает.

Если верить истерическим реляциям борцов за защиту копирайта, на каждый законно приобретенный диск граждане воруют интеллектуальной собственности десятикратно. Реально эту цифру оценить невозможно, ведь почти в любой стране мира любую игру, фильм и музыкальный альбом можно легко скачать по пиринговым сетям.

Бороться с этим никто особенно не собирается. Законодатели, живущие на пожертвования крупных корпораций, панически изобретают драконовские законы для борьбы с компьютерным пиратством, но всем давно понятно, что ни к чему хорошему эта практика не приведет. По всему миру возникают «пиратские» партии для лоббирования мер по борьбе с копирайтом. Первая такая партия зародилась в Швеции, позже аналогичные организации появились в Германии, России и США.

В последние годы основным выгодополучателем копирайта оказывается не офисный работник и даже не корпорация, производящая защищенный копирайтом продукт, а совершенно посторонние лица — организации, лоббирующие копирайт, и «собирающие общества», выкупающие у государства право взимать с радиостанций и интернет-сайтов деньги за исполнительские права с целью (предположительно) вернуть эти деньги авторам и хозяевам копирайта. Любопытно, что в большинстве случаев собранные деньги уходят не авторам и хозяевам копирайта, а на лоббирование полиции и законодателей. Проще будет эти деньги собрать в виде налогов, отменив драконовские законы; взять и отдать авторам. Но пока копирайт не отменили, авторы щелкают клювом.

Распад копирайта мало ударил по монополистам, но оказался чрезвычайно болезненным для мелких независимых компаний и музыкальных лейблов. За последние 5-10 лет многие независимые лейблы, кроме изначально некоммерческих, разорились, а музыканты привыкли публиковать себя сами и продавать это потом через интернет.

Независимые игровые компании тоже отнюдь не процветают. Опыт показал, что в условиях, когда можно не платить автору, не платит ему практически никто. Скорее всего, не по вредности, а из-за отсутствия удобного механизма. Но авторам от этого не легче.

В отсутствие возможности жить на авторские отчисления авторам приходится изобретать другие способы. Вечно популярен механизм свободного ПО — граждане пишут софт, публикуют его под лицензией Open Source (позволяющей копировать и дописывать исходник и запрещающей использовать его в проектах, защищенных несвободными лицензиями), а живут на гранты от государства и корпораций, а также контрактов на обслуживание. Подобный софт подрывает пользовательскую базу несвободных программ, и со стороны последних слышатся возмущенные крики. Вице-президент Microsoft Стив Балмер не первый год выступает с требованием законодательно запретить Linux. Ибо Linux, будучи бесплатным, составляет Microsoft «незаконную» конкуренцию.

Хотя основную конкуренцию Microsoft составляет все же сама Microsoft. Потому что человеку, который купил компьютер для работы, нет никаких резонов закупать дополнительно Word или Windows, если все и так работает. Пока рынок расширяется, Microsoft не внакладе — на каждую сотню человек, не купивших софт, который у них уже есть, придется десяток людей, которые доселе не пользовались компьютером, и они-то его купят. Но как только рост рынка прекратится (собственно, это уже случилось), резонов покупать новые программы, которые ничем не лучше старых, у людей не будет, и Microsoft прекрасно это понимает.

В области игр бесплатного софта гораздо меньше — не так-то просто выбить из военных и правительства грант под бесплатный игровой проект. А старых игр, которые ничем не хуже новых, — десятки и сотни. Результат налицо: жесточайший кризис перепроизводства, вымывающий из рынка всех участников, кроме самых крупных.

Большая часть этих участников планирует выпускать многопользовательские сетевые игры. Например, Funcom, разработчик квестов The Longest Journey и Dreamfall: The Longest Journey, объявила о прекращении производства традиционных оффлайновых игр для PC. Исключением будет только Dreamfall Chapters, но эта игра создается на грант правительства Норвегии.

Недавно глава Funcom Тронд Арне Аас (Trond Arne Aas) заявил через норвежскую газету E24, что Dreamfall не принесла компании ничего, кроме убытков. Еще до официального релиза игру успели скачать 200 тысяч раз. Вообще же, по словам Тронда, на каждую легально купленную игру для РС приходится от 3 до 10 пираток. Так что кроме Dreamfall Chapters никаких других одиночных игр от Funcom мы больше не увидим.

А что, хороший способ делать деньги, не приумножая «интеллектуальной собственности».

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции. А может и совпадать.

Комментарии
Загрузка комментариев