Памяти великого человека

Памяти великого человека

Спецматериалы — Памяти великого человека
Речь Стива Джобса, генерального директора корпорации Apple и студии Pixar Animation, на церемонии вручения дипломов выпускникам Стэнфорда 12 июня 2005 года
Игроманияhttps://www.igromania.ru/
Спецматериалы
Памяти великого человека

Речь Стива Джобса, генерального директора корпорации Apple и студии Pixar Animation, на церемонии вручения дипломов выпускникам Стэнфорда 12 июня 2005 года

Для меня большая честь оказаться сегодня здесь, с вами, на церемонии вручения дипломов одного из лучших университетов мира. Так вышло, что у меня нет диплома о высшем образовании. Вообще, признаться, сейчас я ближе к окончанию вуза, чем был когда-либо. И сегодня я хочу рассказать вам три истории из жизни. Всего три истории.

Первая — о том, что все в мире взаимосвязано

Я бросил колледж, едва в него поступив, хотя и посещал некоторые занятия еще года полтора, пока не отчислился окончательно. Почему я ушел?

Эта история началась задолго до моего рождения. Моей биологической матерью стала молодая незамужняя аспирантка, еще до родов решившая отдать меня на усыновление. При этом она была убеждена, что я должен попасть к людям с высшим образованием, и все было устроено так, чтобы я оказался в семье юриста. Все — кроме одного. В тот самый момент, когда я появился на свет, юрист и его жена решили, что хотят девочку. И посреди ночи в доме моих приемных родителей (они стояли следующими в листе ожидания) раздался телефонный звонок. «У нас мальчик, — сказали в трубке. — Хотите его усыновить?» «Конечно», — ответили им. Позже моя биологическая мать узнала, что у приемной мамы нет университетского диплома, а у папы — даже аттестата о среднем образовании, и отказалась подписывать документы об усыновлении. Она смягчилась лишь пару месяцев спустя, когда родители пообещали, что я обязательно пойду в колледж.

И вот, спустя семнадцать лет, я пошел. Но я наивно выбрал дорогой колледж, почти как Стэнфорд. Все родительские сбережения уходили на оплату занятий. Так прошло шесть месяцев, и все это время я не мог понять, какой толк мне от этого колледжа. Я не имел ни малейшего представления, чем хочу заняться и как учеба поможет мне это выяснить. Зато я тратил деньги, которые мои родители копили всю свою жизнь. Так что я решил отчислиться и просто поверить, что все будет хорошо. Тогда было страшновато, но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что это одно из лучших моих решений. Стоило лишь бросить учебу, как я смог прогуливать обязательные занятия и посещать те, что были мне интересны.

Жизнь была не сахар. У меня не было своей комнаты, и я спал на полу в комнатах друзей. За пять центов я сдавал бутылки из-под «Колы», чтобы купить еды, и ходил за семь миль через весь город каждый воскресный вечер, чтобы раз в неделю нормально поесть в храме кришнаитов. Но мне нравилось. Многое из того, с чем я сталкивался, делая вещи из любопытства или по интуиции, позже оказалось просто бесценным. Вот хотя бы один пример...

В те времена в моем колледже давали чуть ли не лучшие уроки каллиграфии в стране. В студенческом кампусе любая афиша, любая табличка на любом ящичке была старательно выведена от руки. И коль скоро уж я бросил учебу и мог не посещать обязательные занятия — я решил походить на уроки каллиграфии. Я узнал о гарнитурах с засечками и без засечек, о необходимости следить за межбуквенными интервалами, о том, что делает прекрасную типографику прекрасной — изящной, древней, утонченной, совершенно не понятной разуму технаря. Я был заворожен.

Нечего было и думать, что каллиграфия хоть как-то пригодится мне в жизни. Но десять лет спустя, когда мы создавали первый «Мак», я про нее вспомнил. И мы передали все то изящество и утонченность нашему творению. «Мак» был первым компьютером с прекрасной типографикой. А ведь не попади я тогда на занятия по каллиграфии, не видать ему было бы разных шрифтовых схем и правильных интервалов. И поскольку Windows просто скопировал Macintosh, возможно, что и всем персональным компьютерам их было бы не видать. То есть если бы я не бросил колледж, то я никогда не попал бы на уроки каллиграфии, а персональные компьютеры, возможно, никогда не обзавелись бы чудесной типографикой. Конечно, я не мог и предположить этого, когда отчислялся. Но спустя десять лет я отчетливо видел взаимосвязь.

Запомните: нельзя предугадать все совпадения, думая о будущем; но можно заметить их, оглядываясь в прошлое. Просто поверьте, что в будущем все сложится. Вам нужно во что-то верить — в свою судьбу, характер, душу, карму, во что угодно. Этот подход меня никогда не подводил, и именно ему я обязан всем переменам в жизни.

Моя вторая история будет о любви и потере

Мне повезло — я рано нашел дело своей жизни. Мы с Возом основали Apple в гараже моих родителей, когда мне было всего двадцать. Мы много работали, и через десять лет Apple превратилась в компанию стоимостью два миллиарда долларов, компанию с четырьмя тысячами сотрудников. Когда на свет появилось наше лучшее творение, Macintosh, мне едва исполнилось тридцать. А потом меня уволили. Как могут тебя уволить из компании, которую ты же сам и основал? Ну, Apple росла, и мы наняли человека — я считал, очень талантливого, — чтобы он руководил компанией вместе со мной. Сначала все шло хорошо. Но через год оказалось, что мы видим будущее Apple по-разному, и в конце концов мы разругались. Совет директоров принял его сторону. И так вот в тридцать лет я вылетел из Apple. И очень публично вылетел. Пропал смысл всей моей взрослой жизни, я чувствовал себя совершенно опустошенным.

Несколько месяцев я не знал, что делать. Я чувствовал, что подвел предыдущее поколение предпринимателей, что выронил эстафетную палочку. Я встречался с Дэвидом Паккардом, основателем Hewlett-Packard, и Бобом Нойсом, основателем Intel, и пытался извиняться за то, что так страшно напортачил. Это был настолько публичный провал, что я даже подумывал совсем уйти из бизнеса. Но потом пришло понимание: а ведь я по-прежнему люблю то, что делаю, и произошедшее в Apple не может этого изменить. Меня отвергли, но сам я все еще люблю. И я решил начать все заново.

Тогда я, конечно, так не сказал бы, но увольнение из Apple было лучшим, что когда-либо случалось со мной. Бремя успешности сменилось легкомыслием новичка. Я был свободен, и так начался один из самых творческих периодов моей жизни.

В следующие пять лет я основал компанию NeXT, другую компанию — Pixar, и полюбил поразительную женщину, ставшую моей женой. Pixar развивалась, там создавали первый в мире полнометражный мультфильм, полностью нарисованный на компьютере, — «Историю игрушек», и сегодня это самая успешная анимационная студия в мире. Судьба распорядилась так, что Apple купила NeXT, я вернулся, и технология, которую мы разработали в NeXT, легла в основу сегодняшнего ренессанса Apple. А у нас с Лорин чудесная семья.

Я совершенно уверен, что ни одно из этих событий не произошло бы, если бы меня не выставили из Apple. Это было как лекарство — омерзительное на вкус, но необходимое пациенту. Бывает, жизнь бьет вас кирпичом по голове. Главное — не терять при этом веру. Я убежден: меня тогда держала на плаву лишь любовь к тому, что я делал. Важно найти свою любовь, причем не только в жизни, но и в работе. Работа займет львиную долю вашего времени, и вы будете чувствовать себя на своем месте, только если поверите, что делаете великое дело. А делать великое дело без любви невозможно. Если вы еще не нашли свою любовь, так ищите. Не останавливайтесь. Уверяю, вы почувствуете, когда найдете. И, как и всякое настоящее чувство, с годами такая любовь будет только крепнуть. Ищите свою любовь. Не останавливайтесь.

Моя третья история — о смерти

В семнадцать мне попалась такая фраза: «Живи каждый день так, словно это твой последний день, ведь однажды он и вправду окажется последним». Тогда я крепко задумался и с тех пор каждое утро спрашиваю себя: «Если бы сегодня был последний день моей жизни, стал бы я делать то, что собираюсь сделать сейчас?» И если несколько дней подряд ответ отрицательный, я понимаю — надо что-то менять.

Полезно держать в голове, что смерть близко, — мне это помогало принимать самые сложные решения в жизни. Потому что почти все — чьи-то ожидания, гордость, смущение или страх провала — растворяется перед лицом смерти, оставляя только по-настоящему важные вещи. Это такая ловушка: думать, будто бы нам есть что терять. И нет лучшего способа выбраться из этой ловушки, чем помнить о смерти. Вот он вы — весь на виду. Нет причин не делать того, что велит вам сердце.

Где-то год назад у меня нашли рак — сделали скан в полвосьмого утра и сказали, что в поджелудочной железе отчетливо видна опухоль. Я не знал даже, что такое поджелудочная железа. Врачи были почти уверены, что опухоль неизлечима и что жить мне осталось от трех до шести месяцев. Мне посоветовали привести дела в порядок — что на врачебном языке значит «приготовиться к смерти». Значит за пару месяцев сказать вашим детям то, что вы собирались рассказывать им в течение десяти лет. Значит убедиться, что все начатое завершено и что вы сделали для своих родных все возможное. Значит — сказать: «Прощай».

С этим диагнозом я прожил весь день. Позже, вечером, мне сделали биопсию — просунули эндоскоп через горло в желудок, пролезли в кишки, воткнули иглу в поджелудочную железу и отщипнули несколько клеточек от опухоли — на анализ. Я был под наркозом, но моя жена сказала, что, увидев эти клетки под микроскопом, врачи закричали от радости — оказалось, что у меня очень редкая форма рака: опухоль можно было удалить. Ее удалили, и вот я снова здоров.

Тогда я встретил смерть лицом к лицу — и, надеюсь, так близко мы не увидим друг друга еще несколько десятков лет. До этой встречи смерть была страшной, но абсолютно умозрительной вещью. Теперь же, побывав на краю, я с еще большей уверенностью скажу вам вот что.

Никто не хочет умирать. Даже те, кто хочет попасть на небеса, не хотят ради этого умирать. Однако смерть — конечная точка для каждого из нас. Никому не удавалось убежать от смерти. Так и должно быть, потому что Смерть, я склонен верить, лучшее изобретение Жизни. Смерть — основа любых изменений. Она убирает старое, давая дорогу новому. Сейчас это новое — вы, но понемногу вы будете стареть и однажды, спустя не слишком много лет, состаритесь и будете убраны с дороги. Простите за излишний драматизм, но это так.

Ваше время ограниченно, так что не тратьте его, живя чужой жизнью. Не слушайте догм. Догмы — это измышления других людей. Не позволяйте чужим мнениям заглушить ваш собственный внутренний голос. А самое важное — найдите смелость следовать своей интуиции и велениям сердца. Откуда-то они уже знают, кем вы по-настоящему хотите стать. Все остальное неважно.

Когда я был подростком, я читал «Каталог всея Земли», настоящую библию моего поколения, сделанную с душой. «Каталог» издавал человек по имени Стюарт Бранд — тут, неподалеку, в Менло-Парке. На дворе тогда стоял конец шестидесятых. Не было ни персональных компьютеров, ни настольных издательских систем — только ножницы, полароиды и печатные машинки. Для нас каталог был чем-то вроде Google в бумажной обложке — за тридцать пять лет до появления Google, — идеалистическим творением, полным четких инструкций и великих идей.

В середине семидесятых (я как раз был вашего возраста) Стюарт и команда выпустили прощальный номер. На задней обложке этого номера стояла фотография: раннее утро, уходящая вдаль проселочная дорога — возможно, по таким дорогам вам, если вы любили приключения, приходилось ездить автостопом. А снизу было написано: «Будьте голодными. Будьте безрассудными». Это были их прощальные слова. Будьте голодными. Будьте безрассудными. Я этого всегда себе желал. Сейчас, когда вы покидаете эти стены, чтобы начать новую жизнь, я желаю того же и вам.

Будьте голодными. Будьте безрассудными.

Всем большое спасибо.

Комментарии
Загрузка комментариев