Живопись в играх

Живопись в играх

Спецматериалы — Живопись в играх
«…По жанрам живописи в играх, безусловно, преобладают портреты — это из них на героя выпрыгивают монстры (а то и целые боссы). На втором месте пейзажи, которые служат порталами в иные измерения. Волшебные миры Super Mario 64 — горы, замки и затонувшие кор
Игроманияhttps://www.igromania.ru/
Спецматериалы
Живопись в играх

Вы сломя голову несетесь по коридорам с дробовиком наперевес — и не обращаете внимания, что кровь поверженных врагов брызжет на репродукции Вермеера, Рембрандта, Моне и Ван Гога. Масло, акварель или пастель, застывшие лица давно умерших государственных деятелей, набор случайных объектов или неописуемо грустный пейзаж — все это не для вас, не для вас, не для вас...

Но существует особая группа игроков, способная часами разглядывать картины, развешанные на стенах виртуальных домов в виртуальных мирах. Участники огромного треда Paintings in Video Games на форумах NeoGAF (www.neogaf.com) украшают примерами бесчисленные страницы, а на сайте Giant Bomb (www.giantbomb.com) образцы живописи обнаружены в 131 игре (первой из которых является японский протоквест The Portopia Serial Murder Case 1983 года выпуска).

Картины на стенах мрачного (крайне редко — веселого) коридора способны задавать атмосферу, раскрывать сюжетные подробности, намекать на тайные ходы или даже активно участвовать в геймплее. Мы не ставим себе задачей охватить все способы использования изобразительных искусств в компьютерных играх, но желаем остановиться на самых ярких и интересных примерах.

Лаура и ее оригинал

До изобретения фотографии и кино картины являлись единственным визуальным источником сведений о жизни минувших эпох — и до сих пор остаются самым лаконичным способом доставки сюжетной информации.

В повести «Хребты безумия» Говарда Лавкрафта обнаруженные в руинах города Старцев барельефы раскрывают перед героями тайную историю Вселенной — и создают чувство неизъяснимой космической жути, которое не сумели бы передать никакие летописи, дневники или записанные на диктофон признания.

• Безобидный на первый взгляд портрет Кейва Джонсона в Portal 2 скрывает в себе больше сюжетной информации, чем любые рисунки Дага Ратмана в его тайных убежищах.

Портреты Кейва Джонсона в заброшенных лабораториях Portal 2 сходным образом заставляют нас всерьез задуматься об истории Aperture Science. Ну а в спрятанном в седьмой главе полотне «Кейв Джонсон и его секретарша Кэролайн» закодировано больше тайных смыслов, чем в «Тайной вечере» Леонардо да Винчи.

Судите сами: небрежный комментарий GLaDOS дает понять, что на самом деле мы смотрим не на секретаршу, а на реальный прототип нашего любимого AI с женским голосом... а в чертах лица Кэролайн можно углядеть фамильное сходство с Челл.

Более того, на заднем плане можно различить крадущуюся на фоне книжных полок фигуру... это персонаж, сбежавший с картины «Аудиенция в Афинах во время «Агамемнона» Эсхила» английского художника Уильяма Блейка Ричмонда. Сам Эсхил — автор трагедии «Прометей прикованный», повествующей об опасностях чрезмерной тяги человечества к знаниям.

Другие видеоигровые картины не столь глубоки — зато они давят на подсознание игрока. Знаменитая работа «Туманное утро после Суда» в музее Исторического общества Silent Hill 2 на первый взгляд изображает старого доброго Пирамидоголового с копьем в руке и на фоне жертв в клетках.

Но при повторном прохождении становится ясно, что это полотно — наслоение угрызений совести убившего жену Джеймса Сандерленда на изображение палача в красном капюшоне с другой картины, висящей в той же самой галерее.

А теперь не смотри

В «Портрете Дориана Грея» Оскара Уайльда заколдованный портрет становится зеркалом души главного героя — прекрасного внешне, омерзительного внутри.

• Самая фантасмагорическая картина в истории видеоигр (Silent Hill 2) -портрет жреца-сектанта в красном колпаке, пропущенный через больное воображение главгероя.

В хоррор-шутере Clive Barker's Undying на стенах фамильного особняка Ковенантов развешаны вроде бы нормальные портреты семейства (пусть и в зловещих зеленых тонах). Но стоит применить ясновидческий скилл, и линейка аристократов превращается в кривоногих демонов и безголовых зомби. Автор полотна — художник Аарон — вообще словно только что восстал из ада, позабыв где-то нижнюю челюсть.

Во время блужданий по темному замку хоррора Amnesia: The Dark Descent реалистические картины на стенах становятся сюрреалистическими, когда у нашего персонажа Даниэля заканчивается душевное здоровье, — и самая жуть возникает от того, что изменившееся лицо Александра Брененбурского на портрете мы замечаем не сразу.

В квесте The 7th Guest в особняке злобного кукольника Генри Стауфа картины на стенах не только скрывают за собой тайные ходы, но и показывают Стауфа в образе красного дьявола и зеленого демона (игрок на протяжении целого пазла пытается вернуть ему человеческий облик).

• Глаза Иеремии, Бетани, Амброзия, Лизбет и Аарона в Undying неотрывно следуют за главным героем. Но это ведь всего лишь такой художественный прием, правда?

Чаще всего в квестах используется старый-престарый трюк с прорезанными в картине наблюдательными отверстиями — когда глаза портрета начинают следовать за главной героиней, это очень эффектно. Глазными амбразурами охотно пользовалась еще журналистка-сыщица Лора Боу в вышедшем в 1989 году The Colonel's Bequest.

В The Curse of Monkey Island окулярный прием очень красиво и смешно обыгран: берем портрет барона С. Ламбера Чоудера-Гудсупа, смотрим через отверстия и убеждаем бармена в том, что Гайбраш Трипвуд — член династии Гудсупов (потому что у него глаза «такие же, как у прадедушки на портрете»).

Разговаривать картины в играх начинают редко — вспоминается разве что озвученный Максом фон Зюдовым Виго из Ghostbusters: The Video Game.

Мона Лиза овердрайв

По жанрам живописи в играх, безусловно, преобладают портреты — это из них на героя выпрыгивают монстры (а то и целые боссы). На втором месте пейзажи, которые служат порталами в иные измерения. Волшебные миры Super Mario 64 — горы, замки и затонувшие корабли — представали перед нами в виде застывшей картинной галереи.

• В Amnesia: The Dark Descent портреты меняются не как в Undying (с каждым ударом молнии!), а тихо и незаметно.

Главдизайнер Сигеру Миямото вообще неравнодушен к живописи — в The Legend of Zelda: Ocarina of Time на Линка нападают выскочившие из мрачных пейзажей и портретов призраки, а весь сюжет Luigi's Mansion построен на спасении застрявшего в пейзаже Марио из особняка художника Винсента Ван Гора.

В Castlevania: Portrait of Ruin «портреты» (на самом деле — пейзажи) вампира-художника Браунера ведут из замка Дракулы в египетские пустыни и английские города.

• Натюрморт из Gabriel Knight 3: Blood of the Sacred, Blood of the Damned —единственное произведение этого жанра, которое не стыдно показать в детективном квесте или хорроре.

Последние по популярности — натюрморты. Во французской гостинице Gabriel Knight 3: Blood of the Sacred, Blood of the Damned висели «Натюрморт с черепом и подсвечником» Поля Сезанна, «Натюрморт с цветами и фруктами» Анри Фантена-Латура и «Натюрморт с арбузом и персиками» Эдуарда Мане, — но над жизнерадостностью Сезанна американец Габриэль сильно издевался, а Латура принял за рекламу вина.

• Плоские картины в трехмерном мире Super Mario 64 служили одновременно и напоминанием о двухмерном прошлом серии, и порталами в новые уровни.

По очевидным причинам реальные полотна в играх используются чаще, чем специально созданные работы концепт-художников. В Assassin's Creed 2 можно было собрать целую галерею мастеров Высокого Возрождения (Джорджоне, Да Винчи, Рафаэль, Тициан), в Resident Evil 4 висит «Весна» Боттичелли.

Более современные работы не встречаются из-за проблем с авторскими правами —нормальный модерн-арт можно увидеть разве что в Mirror's Edge, да и то игроки там принимают его за абстрактные цветные разводы на стенах.

 

В компьютерных играх попадается не так уж много специальной игровой живописи — на портрет неизвестного киллера из Hitman: Blood Money вы не обратили внимания потому, что были слишком заняты (волочили по коридору очередной труп), до прекрасных картин BioShock 2 (горящий хвост тонущего самолета на фоне маяка) не добрались, так как сама игра вышла слишком уж второсортной.

Правильнее всего подошли к вопросу создатели нуар-галереи Vampire: The Masquerade — Bloodlines. Там полотна трудно не заметить, потому что их приходится сладострастно кромсать ножом. Но и от простых репродукций в видеоиграх бывает толк — они заставляют вспомнить полузабытые иллюстрации из учебника истории, наконец-то посмотреть все 22 картины Леонардо да Винчи, так или иначе приоткрыть душу прекрасному. А в этом и есть суть любого из видов искусств.

Комментарии
Загрузка комментариев