Рыцарь журналистики: призраки будущего в комиксе Transmetropolitan

Рыцарь журналистики: призраки будущего в комиксе Transmetropolitan

Спец — Рыцарь журналистики: призраки будущего в комиксе Transmetropolitan
Transmetropolitan почти не известен в русскоязычных краях — и очень зря, с нашей-то любовью к упадочному sci-fi.
Игроманияhttps://www.igromania.ru/
Спец
Рыцарь журналистики: призраки будущего в комиксе Transmetropolitan

В фантастике, особенно в комиксах и играх, общество рисуют монолитной и блеклой конструкцией. Маячат какие-то обыватели на фоне, иногда массово умирают, бегут куда-то с вилами или славят героев. Но не лезут на передний план, чтобы отважные ребята в трико получали в достатке экранного времени. Нельзя сказать, что это плохо. Так строится повествование.

Лишь изредка социум поднимается до уровня полноценного героя, который — невероятно! — сам творит подвиги. Культовый комикс Transmetropolitan тому удивительный и провокационный пример. И сегодня мы вам про него расскажем.

На тропе информационной войны

Главный герой Transmetropolitan — журналист Спайдер Иерусалим. Его прототипом стал американский писатель и основатель гонзо-журналистики Хантер Томпсон. Здесь, пожалуй, стоит немного пояснить. Спайдер — репортер безо всяких моральных ограничений и с одной целью: донести правду до своей тупой и омерзительной аудитории. Желательно сперва подзаправившись чем-нибудь ядреным или алкогольным и задав жару нехорошим людям просто за то, что они нехорошие.

► Вырвать силком все нужные слова и в последний момент сдать колонку беснующемуся редактору — вот как работают профессионалы!

В первых томах Иерусалим работает на газету The Word, которая кое-чего добилась в Городе, хотя ради этого главный редактор Митчелл Ройс и курит по дюжине сигарет зараз. Кроме Ройса в тяжелом правдорубном деле Спайдеру помогают «мерзкие ассистентки» — двухметровая бывшая стриптизерша Шэннон Ярроу и ядовитая маленькая стерва из богатой семьи Елена Россини. Как вы догадываетесь, обе страстно ненавидят босса и только ждут момента, чтобы записать его смерть на видео.

► Как правило, Митчелл не звонит Спайдеру без требования срочно сдать чертов текст. Кроме тех случаев, когда журналист попадает в переплет.

Архетипичного зла в Transmetropolitan нет. Спайдер сражается за Истину против муниципальных властей, против федеральных властей, терзает кандидатов на президентских выборах, а потом и нового президента. Потому что кругом мерзавцы, тщательно скрывающие свои грязные делишки.

► В молодости Иерусалим довел до самоубийства нескольких политиков с помощью одних лишь телефонных звонков. Акула пера еще возьмется за старое.

Transmetropolitan богат на приключения, хотя на словах все это и звучит слегка занудно. Журналистское расследование для Спайдера — это вооруженное нападение на должностных лиц, подкуп и угрозы, тайная запись и пытки, шантаж, бегство под градом пуль, проникновение в частные владения и вообще полный караул. Читается Transmetropolitan стремительно, хотя на каждой странице полно таких иллюстраций жизни Города, на которых волей-неволей задерживается взгляд.

Импичмент для чайников

Нынешний президент Роберт Хеллер, заслуженно прозванный Зверем, — выразительный и ожидаемый антагонист. Грузный, отмеченный печатью всех мыслимых пороков, подлый и вороватый, он в своей избирательной кампании не гнушается националистической чепухи и разного околофашистского вздора. Хотя и усиленно делает вид, будто он сам такой же простой и прямолинейный, как некоторые его избиратели.

В сравнении со Зверем другой кандидат — Гарри Каллахан по прозванию Улыбчивый — не так уж плох. Молодой, оптимистичный и со свежей, неиспорченной командой. Спайдер рискнул встать на его сторону, но вовремя понял, какую жестокую ошибку совершил.

► Хеллер.

Хеллер — злодей понятный, предсказуемый и умеющий играть по правилам. Разумеется, он мразь, и место ему на каторге, но, в сущности, Хеллер часть общества, которым руководит. «Если хотя бы половина из них довольна — значит, я хорошо поработал», — говорит Хеллер. И свобода общества для него свята настолько, что он даже не заикается о ней.

► Каллахан. Пропаганда и реальность. Для того и нужны журналисты, чтобы срывать маски. Больше некому.

Каллахан же чужд всему людскому — коварный и бездушный паразит, готовый ради власти нарушить даже законы физики. Люди для него — расходный материал, «новое отребье», мусор. И Каллахан твердо намерен отобрать у граждан страны их самое ценное сокровище — личную свободу. Да еще и на Джокера, подлец, похож.

И только отчаянный герой встанет на его пути. Нет, не Спайдер Иерусалим, он лишь глашатай социума. Его слова — то самое оружие, которое он даст обществу, чтобы люди, вооруженные правдой, своими руками уничтожили любую сволочь.

А для личного пользования Спайдер оставит чудесный огнестрел-кишкодер. И ловкость жилистых рук, которыми журналист сломал и сломает не один десяток ключиц.

Город-калейдоскоп

Долгожданное будущее пришло — но не принесло ни долгожданного спокойствия, ни ответов на все вопросы мироздания. Двадцать третьему веку так же свойственны безумства, как и двадцать первому, и шестнадцатому, как и любой эпохе в истории человечества.

Не принесло новое время и единства. Разрозненное и падкое на удовольствия общество потребителей и потребляемых — вот к чему люди пришли за двести лет. Но ни авторы, ни Спайдер не считают это бедой. Кто-нибудь мог бы напомнить про трансгуманизм, идеи которого чувствуются то здесь, то там. Технологии не помогли совершить социальный скачок, но отодвинули границы человеческих возможностей.

► На ярмарке религий нет такого духовного извращения, на которое не нашлось бы сотни-другой верующих. Здесь Спайдер устроит славный погром, уподобившись одному древнему плотнику-реформатору.

Символ, олицетворяющий огромный людской муравейник, — Город, тесный и вечно обдолбанный мегаполис. В его неровных очертаниях вы увидите и Нью-Йорк, и Чикаго, и Лос-Анджелес, но примечательным его делает нечто иное — невозможность описать одним словом. Не порочный Готэм, не светлый Метрополис, а все и сразу. Уоррен Эллис задумал, а Дэрик Робертсон нарисовал жителей Города бесконечно разными.

Почти на каждой странице вы с удовольствием будете разглядывать разношерстые толпы на фоне. Технофрики, испещренные имплантатами, представительные господа в дорогой одежде, потрепанные забулдыги, служители странных культов... Одинаковых лиц нет — даже звериные морды копов скалятся по-разному.

Нам постоянно напоминают, что жизнь многообразна. Пока нищие беженцы побираются по переулкам, счастливые дети из полных семей резвятся в центральном парке. Продажная и бескорыстная любовь дышат одним воздухом.

► Общих планов с толпой в Transmetropolitan поразительно много, и Спайдер иногда теряется среди своих читателей.

Таков и рыцарь этого Города. Спайдер Иерусалим — вместилище самых диких противоречий, журналист экстремальной школы. В нем соседствуют сексуальная распущенность, страсть к веществам и разгулу, жестокость, грубость — и искреннее желание откопать и обнародовать истину, сочувствие к слабому, подлинная любовь к людям, которая, однако, выражается через ненависть. Надо ли говорить, что к реальной журналистике его методы имеют очень опосредованное отношение?

Спайдер однажды сослужил службу своим читателям и при этом нанес себе страшную рану — прославился. Пять долгих лет он прятался от мира в убежище на Горе, пока ему не напомнили, сколько книг он задолжал издательству (спойлер: целых две, и за одну из них сойдет сборник статей). Теперь он лыс с макушки до пят по вине автоматического душа, заряжен злобой для новых подвигов и обзавелся полезными очками-фотоаппаратом, форма которых немедленно стала фетишем среди поклонников комикса.

► Вожак трансаентов Фред Христос — давний приятель Иерусалима. Жаль, что наивность Фреда приведет его в очень, очень плохую компанию.

В самом начале Transmetropolitan доходчиво показывает, куда способен завести нас поиск нового. Технологии невероятного для нас уровня используются в этом мире для поиска себя и новых граней удовольствия, для получения прибыли и влияния. А само общество, соответственно, раздробилось на тысячи новых страт. Среди многополых, оцифрованных, генномодифицированных людей нашлось место и трансаентам — мутантам, добровольно привившим себе ДНК пришельцев (те некогда высадились возле Вильнюса, но Земля их разочаровала).

В Transmetropolitan эта странная и не особо заслуживающая внимания субкультура, раса или класс, поди разбери, становится жертвой политических махинаций и собственной отчужденности. Обиженные, загнанные в трущобы трансаенты поднимают восстания, которые власть с удовольствием подавляет. Спайдер выходит на тропу войны, когда приближаются президентские выборы.

► Что публика хочет — то она получает. Будь это бессмертие, полеты в космос, ботинки-антигравы или сношения с плюшевыми куклами.

Не столь уж и интригует этот мир будущего, заполоненный технологиями. Здесь внимание уделяется больше быту, нежели железу. Нам не объяснят, как работает телевизор на полстены, зато мы узнаем весь ассортимент передач, чему Спайдер посвятит целый выпуск. Незачем рассказывать, каким образом рекламная бомба внедряет баннеры в сновидения, — главное, что в этом мире такое возможно и люди вынуждены с этим мириться.

Прочно вошли в обиход антираковые присадки, а обычный уровень радиации повысился на порядок — и к этому люди тоже приспособились. Человечество не мутировало, словно в книгах Азимова, в высокоразвитую цивилизацию — зачем? Зачем покорять Галактику, когда можно присобачить себе уругвайский искусственный фаллос и применять по назначению и без?

► Мэйкеры — домашние синтезаторы полезного добра. Нередко балуются самодельной электронной наркотой, а потом глумятся над хозяевами.

Технологии, вопреки мрачным прогнозам фантастов вроде Рэя Брэдбери, не сгубили человека, но даровали массу возможностей получить удовольствие. Развращены ли люди XXIII века? По нашим меркам — немыслимо развращены, раз уж в прайм-тайм крутят порно-шоу с куклами из «Улицы Сезам».

По их же меркам — диверсифицированы. Кабельных каналов насчитываются, кажется, уже миллионы, в забегаловках продаются клонированные человеческие ноги и тюленьи глаза, а наркоты выдумано столько, что Роскомнадзор мог бы запретить мироздание и даже так ничего не добился бы, потому что есть вещества, выносящие за пределы этого самого мироздания. Тысячи невообразимых культов ежедневно терроризируют Город, вербуя себе последователей.

И общество, вопреки гипотетической истерике моралистов, процветает. Выбор-то оставили за человеком. Возможно, поэтому же социум так жестко и непримиримо реагирует на расследования Спайдера и тем снимает с себя всякие оковы, навязанные сверху.

* * *

Вот так беспощадно глобализация расправилась со всей планетой: национальный колорит растворился в беспорядочной круговерти. Разве что язык и памятники архитектуры отличают Париж от Стамбула, а Москву от Рио.

Сегодня очень модно переносить комиксы на большие и не очень экраны, и, если ничего не изменится, до Transmetropolitan очередь дойдет наверняка. Тот случай, когда массовый зритель просто обязан это видеть. Мир триллиона искушений — не ад на Земле, но, пожалуй, одна из самых убедительных иллюстраций будущего. «Википедия» характеризует жанр комикса как «посткиберпанк», но поверьте — не в технологиях дело, а в людях.

Комментарии
Загрузка комментариев