«Страшные сказки»: красота и жестокость

«Страшные сказки»: красота и жестокость

Кино — «Страшные сказки»: красота и жестокость
До того как сказки сделали развлечением для детей, они были кровавыми и безумными.
Игроманияhttps://www.igromania.ru/
Кино
«Страшные сказки»: красота и жестокость

Бесплодная королева, чтобы забеременеть, съедает сердце морского чудища. Похотливый король влюбляется в девушку с прекрасным голосом, не подозревая, что та на самом деле старуха. Еще один король питает нежные чувства к огромной блохе, а родную дочь не моргнув глазом отдает в жены огру.

Все это — не фантазии сценариста, а бережно воспроизведенные сюжеты европейских сказок, не искаженных цензурой.

Жанр: фэнтези
Режиссер: Маттео Гарроне
В ролях: Сальма Хайек, Венсан Кассель, Тоби Джонс, Джон Си Райли, Ширли Хендерсон
Премьера в России: 10 сентября 2015 года
Возрастной рейтинг: 16+

Сказка ложь, да в ней намек

► В здешней версии «Красавицы и Чудовища» нет и намека на романтику.

Этот фильм поставил итальянский режиссер Маттео Гарроне — реалист, впервые обратившийся к сказкам. Источником вдохновения ему послужил сборник XVII века, составленный кавалером Джамбаттистой Базиле.

Именно из этого сборника выросли книги Шарля Перро и братьев Гримм, позднее превратившиеся в диснеевские мультфильмы — которые, в свою очередь, послужили основой для ревизионистских картин, столь популярных в последние годы.

Но фильм Гарроне не относится к волне «антисказок». Здесь речь идет не о современной трактовке и переработке классических сюжетов, а, напротив, о возвращении к корням.

Говоря об «исконных» сказках, мы часто представляем что-то мрачное, жестокое, кровавое. Крови в этой картине и правда много — равно как и секса, и насилия. Но при всем при этом главное слово, которым можно описать «Страшные сказки», — красота.

Она явлена в прекрасных костюмах, во впечатляющих натурных съемках, в сочных, контрастных цветах, наконец — в образах героев. Это и красота Сальмы Хайек — королевы, одержимой желанием стать матерью, — и грубоватое обаяние короля-развратника Венсана Касселя, и нежное личико наивной принцессы Бебе Кейв, словно сошедшей с полотен времен Ренессанса.

► Пожалуй, самый красивый кадр. Произошедшее с этой героиней так и останется загадкой.

Однако если проникнуть за внешний слой, неминуемо возникнет вопрос: «К чему это все?»

Речь не о пресловутой морали — в сказках той эпохи ее нет. Но фильму ощутимо недостает объединяющего начала. Три истории развиваются параллельно и сливаются воедино только под самый конец, к тому же настолько искусственно, что лучше бы этого не делали. Переходам между сюжетными линиями недостает изящества: постоянный монтажный прием — при смене места действия показывать замок, где разворачиваются события.

Идейная связь между историями слабая. Да, героини — Дева, Мать и Старуха — воплощают три стадии женского бытия, а во всех сюжетных линиях фигурирует мотив ответственности за свои поступки и жестокой расплаты. Но все это не лишено натяжек и возникает постфактум, если пытаться найти добавочный скрепляющий элемент, помимо атмосферы.

► История о короле и двух сестрах-старухах — самая забавная из трех. И самая трагическая.

Смущает и другое. Если Гарроне задался целью показать подлинные версии сказок, то он не довел дело до конца. В сказках все точки над «i» расставляются жестко и бескомпромиссно, в фильме же слишком много недомолвок, умолчаний, неясных намеков, потенциально интересных линий, обрывающихся в никуда.

И — пусть это не прозвучит парадоксом — в этой картине многовато киношных приемов. Не блокбастерных клише, нет — фильм Гарроне, вошедший в конкурсную программу Каннского фестиваля, совсем из другой категории. Но мы ни на минуту не забываем: перед нами не сказка, а кино про сказку.

И это порой смазывает приятное впечатление.

Рейтинг
К
Красивая, атмосферная, совсем не детская картина, которой недостает цельности.
Комментарии
Загрузка комментариев