Внутри Warhammer 40,000: Dark Heresy – следствие вели с агентом Святой Инквизиции

Настольную Dark Heresy по праву можно считать одной из самых популярных ролевых игр по Warhammer 40,000. Подчеркнём — именно ролевой. Базовая «ваха» сама по себе представляет стратегический варгейм. Да, существуют Warhammer 40,000: Rogue Trader и DnD-подобный Wrath and Glory с множеством кампаний к нему, но если вы откроете расписание игр любого клуба по НРИ, с огромной вероятностью встретите именно «Тёмную ересь».

У неё есть собственный мир, лор, заготовленные сюжеты и персонажи, а сама игра дополняет бэк основной вселенной. Например, на страницах её рулбука подробно описана значительная часть Эры Отступничества, после событий которой сформировался Ордо Еретикус. Если Wrath and Glory — это поход в мрачное подземелье, Rogue Trader — путешествие первопроходца, то Warhammer 40,000: Dark Heresy — тайны, интриги и расследования.

После успеха Warhammer 40,000: Rogue Trader анонс новой адаптации настольного опыта по вселенной стал вопросом времени. Тем более, что в интервью Owlcat Games уже давали непрозрачные намёки на развитие в эту сторону. С первых же новостей Warhammer 40,000: Dark Heresy звучала интригующе. Обещали улучшение множества аспектов прошлой CRPG, резкий скачок в графике, а также несколько новых систем.

Мир игры

Для альфа-тестирования игрокам дают «пощупать» целый один акт — по ощущениям, где-то второй. Явно неполный. Уже произошли некие события, после которых аколит оказался перед выбором: спасти наставника или важный артефакт. Перед началом пробы направление можно выбрать самостоятельно — от него зависит состояние Мариспортума, подулья, где придётся «развлекаться», а также некоторые сюжетные детали.

Город, в котором мы находимся, уже пережил один потоп и вот-вот исчезнет после ещё одного. Мариспортум — опасное место, где процветают нищета, мутации, бандитизм, произвол и ужас. Властям со Шпилей до него и его жителей нет почти никакого дела. Порядок поддерживают люди бандита по имени Барон: он поддерживает связь со знатью верхних уровней и преследует собственные корыстные интересы. Часть жителей уже начала сходить с ума и примкнула к Пастве Покаяния — религиозному объединению, которое отвергло местного святого, но всё ещё верует в Бога-Императора. Его последователи считают, что страдания города заслуженны, но недостаточны, поэтому регулярно пытают себя и окружающих.

Тем временем на болотах обосновался клан ксено-расы круутов, живущих охотой и поеданием поверженных врагов. В их рацион входят наиболее крепкие и умные противники, но и просто прямоходящими они тоже не брезгуют. Так их род эволюционирует и становится сильнее.

Будто этого мало, жрецы Адептус Механикус разбирают древние технологии города буквально по винтику — включая жизненно важные.

Сестра Битвы Септима с небольшим эскортом послушниц разыскивает гробницу святого Сибелиуса, а радикальный инквизитор Миллицентилия — в недрах мира — останки некой древней расы. И вишенка на торте — в городе орудует маньяк-космодесантник Хаоса из банды Повелителей Ночи. К тому же пропадают люди. Всё это так или иначе связано с опасной Звездой-Тираном.

Как такое количество совпадений, переплетений и интересов возникло в пределах одного подулья — загадка, разгадать которую предстоит аколиту Святой Инквизиции, то есть игроку. Не стоит тешить себя воспоминаниями о власти и пафосе главного героя Warhammer 40,000: Inquisitor — Martyr. Там мы играли за Лорда-инквизитора, который по щелчку пальцев открывал любые двери и в одиночку выносил целые роты еретиков вместе с рыцарями, хеллбрутами и прочей нечистью.

Главный герой Warhammer 40,000: Dark Heresy — куда более приземлённый персонаж, чей путь в Ордосе только начинается. У него нет выдающихся боевых навыков, нет неоспоримой власти, а для начальства — нет даже имени.

Если в Warhammer 40,000: Rogue Trader каждый мог почувствовать себя серьёзным человеком, помазанником Императора, то аколита многие воспринимают едва ли не как бродягу. Даже если продемонстрировать инсигнию, некоторые жители провинциального Мариспортума её попросту не узнают. В одних ситуациях символом можно напугать, в других же — куда разумнее оставаться инкогнито. Тем более что начальство прямо просит поступать именно так.

В противном случае героя могут просто послать куда подальше с его расспросами или отказаться говорить, пока он не заслужит доверие. Проще говоря, в этом мире вы — не совсем никто, но человек, опасно близкий к этому статусу. Командовать Сестре Септиме не получится, как и запугивать Генерал-Фабрикатора. Зато прикрываться именем своего вышестоящего — Антона Зербе — никто не запрещает. Этот опыт очень напоминает полнометражный мультфильм «Дознаватель», выходивший на платформе Warhammer+.

Система торговли здесь тоже работает иначе. В Warhammer 40,000: Rogue Trader существовал «фактор прибыли», а обмен с торговцами скорее напоминал подарки за выстроенные отношения. Здесь же всё вернулось к классике: товары продаются и покупаются за местную валюту, и никто ничего просто так отдавать не будет.

Очки репутации с фракциями существуют и накапливаются в зависимости от решений игрока, однако на что именно они влияют — пока неясно. Системы философского направления в альфа-версии нет.

Зато есть музыка. Её не так много, но она подчёркивает разные настроения даже в пределах одной локации. Например, в лагере Сестры Битвы слышны орган и церковный хор, а ближе к стоянке водолазов — пиратские мотивы. В целом музыкальная палитра стала заметно мрачнее.

• Warhammer 40k: Space Marine — что ждать от триквела

Расследования

Однако кор-механика всей игры — это совершенно новый режим следователя. От аколита постоянно требуется кого-то или что-то разыскивать: то гробницу, то другого аколита. В ход идёт разнообразный инструментарий. Условно процесс расследования можно разделить на два этапа — осмотр местности и опрос информаторов.

В первом случае можно просто искать улики через проверки параметра «внимательность» или подключать технику. Например, просканировать цепочку следов сервочерепом или отследить вокс-сигнал. В отдельных ситуациях игра позволяет восстановить ход событий при помощи голограмм — что-то в духе поздних частей Arkham. Гипотез может быть несколько, и каждую нужно проработать.

Опрос же устроен куда сложнее. К каждому информатору приходится подбирать индивидуальный подход: подкуп, запугивание, попытка выстроить доверие, аккуратный выбор реплик или наблюдательность спутников. Последнее особенно важно, потому что некоторые люди склонны врать — и тогда соратник может их уличить. В других ситуациях ложь остаётся нераскрытой, и аколиту приходится идти по ложному следу или продолжать «копать» дальше. Чем глубже — тем лучше.

Разработчики обещали, что фокус сместится с межпланетных путешествий на локальные расследования в пределах одного мира – и они не соврали. Бегать туда-сюда придётся много, постоянно задавая людям новые вопросы.

Заинтересованных сторон в истории с пропажей людей несколько, и каждая постоянно перекладывает вину на другую. Кто-то недоговаривает, а кто-то и вовсе откровенно врёт. Запутаться в показаниях здесь очень легко, но никаких «правильных» ответов игроку не дадут даже после составления рапорта.

Рапорт – это уникальная фишка. На протяжении расследования аколит записывает улики и приметы в журнал. Постепенно история обрастает линиями и выводами. Некоторые из них могут оказаться ложными, как только вскроются новые подробности, поэтому спешить не стоит. События и умозаключения могут противоречить друг другу или вовсе не быть связанными там, где связь предполагается.

Например, глава Паствы, узнав о пропаже людей, искренне опечалился — в таком случае он не сможет привести их на путь истинный. Для бандита Барона исчезновения тоже выглядят проблемой: всех своих конкурентов он казнит публично и тщательно ведёт учёт. У обоих фракционных лидеров есть мотив лгать, но при этом оба кажутся честными и винят друг друга. Кому верить?

Система мыслительного процесса немного смахивает на Sherlock Holmes: The Devil’s Daughter. Обе игры строятся на дедуктивном анализе. Но ключевое различие – составление рапорта. Собрав достаточно улик и доказательств, аколит должен сделать заключение по делу. Это отдельная механика, а не диалоговая опция. Если подойти к коллеге Инквизитору и сказать, что нашёл убийцу, она ответит, что почитает об этом в твоём рапорте. Иди, пиши.

Само собой, от руки ничего писать не нужно: игра сама формирует выводы на основе всех собранных заключений. От игрока требуется лишь выбрать подходящие — именно подходящие, а не «правильные». Если ваш моральный кодекс не позволяет, например, выкосить целый клан миролюбивых каннибалов, но допускает возможность солгать начальству, вы можете… просто так и поступить. Какими будут последствия — и будут ли они вообще, — мы узнаем уже на релизе.

• Отлитые в цифре — миниатюры Warhammer 40k в Space Marine 2

Спутники

Игры Owlcat Games всегда славились харизматичными напарниками. Кто-то наверняка вспомнит неподражаемого Абеляра или очаровательную Камелию. В Warhammer 40,000: Rogue Trader так и вовсе каждый спутник был тщательно прописан и обладал собственной, порой трогательной или неожиданной, историей.

Отдельной фанатской любви удостоилась механика романсов. Это был по-настоящему беспрецедентный случай: по Warhammer официально вышел своеобразный симулятор свиданий с постельными сценами — пусть и исключительно текстовыми.

Смогла ли Warhammer 40,000: Dark Heresy удержать заданную планку — пока говорить рано. Романтическую линию пощупать не удалось вовсе, зато личные квесты получили сразу несколько спутников: огрин Когг, эльдар Лаартир и круут Ра’акти, а также катачанский боец джунглей Хаймар Девос, хирургеон Эпиона и псайкер Саро. Последний — пока единственный персонаж, не получивший собственного портрета на обложке.

Как утверждают датамайнеры, его портрет в файлах игры существует и заметно отличается от образа из альфа-версии. По неизвестной причине Саро использует один из портретов игрока-псайкера из Warhammer 40,000: Rogue Trader, а также стилизованную под него модель персонажа. С аналогичной проблемой сталкивается и один из сюжетных NPC.

Все спутники яркие, интересные и полезные. Девос, например, регулярно шутит даже в критических ситуациях. Лаартир, в отличие от Ирлиет из Warhammer 40,000: Rogue Trader, не чурается прикосновений и не смотрит на людей свысока, создавая ощущение мудрого и рассудительного ксеноса. Подробнее о характерах пока говорить сложно: биографии недоступны, а между боевыми столкновениями спутники между собой почти не общаются.

Зато на сюжет они уже влияют. Когг, например, оказался незаменимым инструментом в дипломатии с другим огрином. Когда того потребовалось убрать с охранного поста, между нелюдьми развернулся почти тарантиновский диалог:

«Когг уверенно шагает вперёд. Прежде чем вы успеваете среагировать, он поднимает кулак и бьёт другого огрина по голове.

— Делай, что говорит командир, или получишь по морде.

— Но я уже получил!

— Тогда ещё получишь, Мол, — чтобы подтвердить свои слова, Когг поднимает кулак для нового удара.

— Хорошо! — пузатый огрин съёживается от командирского тона Когга и потирает растущую на голове шишку.

— Мол не дурак. Скажи, что делать».

Сам Когг тоже не простой огрин. В его голове установлен имплант, повышающий умственные способности. Нелюдь приписан не к рядовому полку Имперской Гвардии, а к Сцинтиллийским фузилёрам. Каждый их боец происходит из безупречно чистого рода, великолепно обучен, а одеты они по моде солдат Нового Времени.

С Лаартиром ситуация складывается не менее любопытная. Разумеется, его можно просто сдать Сестре Септиме вместе с Инквизитором, но та лишь отвечает, что разберётся с этим позже. Во время своего квеста Лаартир сопровождает игрока, и если в его присутствии попытаться подойти к Сестре, эльдар скроется за завесой реальности.

Когда же он становится полноценным спутником, прийти к ней можно уже открыто. Сестра Битвы, разумеется, будет сильно удивлена такой наглостью и пообещает последствия — но… тоже когда-нибудь потом. Одного Инквизитора из вашей кабалы она уже убила, поэтому лишний раз предпочитает не пачкать руки. Сам Лаартир на всё это отвечает хладнокровным безразличием.

Каждый из спутников явно скрывает богатую предысторию, но за один акт раскрывать её, разумеется, не будут. В альфе дали опробовать всех ныне представленных персонажей и даже чуть больше — включая псайкера. Кто появится дальше — остаётся только гадать. Пока что портреты готовы не у всех: даже Лаартир выглядит так, будто его не дорисовали. Озвучки нет вовсе, биографии недоступны.

Зато в бою вклад каждого ощущается отчётливо. Хирургион — настоящий медик, которого так не хватало в Warhammer 40,000: Rogue Trader. Она способна пробежать через всё поле боя, чтобы бесплатно восстановить 9 единиц здоровья. Псайкер эффективно зачищает группы противников атаками по площади, не убивает самого себя и на старте ощущается куда полезнее Идиры.

Хаймар уверенно наносит море урона из пулемёта и выступает основным дамагером группы. Когг же — не аналог космодесантника. Да, он большой, но по арене передвигается значительно свободнее. В ближнем бою он наносит внушительный урон, однако его главная особенность в другом: Когг работает как живое укрытие, за спиной которого могут прятаться другие персонажи. Похожая механика используется и в Warhammer 40,000: Darktide.

Лаартир и Ра’акти ощущаются как универсалы, которые и урон нанести могу, и о союзниках позаботиться. Главный герой же имеет специализацию офицера – знакома каждому, кто играл в Warhammer 40,000: Rogue Trader. Дополнительные ходы, бафы/дебаффы и почти полная бесполезность в бою.

• Обзор Warhammer 40000: Rogue Trader. Император не защитит от багов

Боевая система

Бои в Warhammer 40,000: Rogue Trader на нормальной сложности запомнились как не самая интересная часть игры. В начале было тяжело, но уже к концу второго акта мало кто представлял для Вольного Торговца и его свиты серьёзную угрозу. Попотеть приходилось разве что на хеллбрутах, «Осквернителях» и паре боссов. В остальном сражения скорее утомляли своей регулярностью и монотонным протыкиванием одних и тех же способностей.

В Warhammer 40,000: Dark Heresy ситуация изменилась. Теперь параметр брони — это не просто сопротивление урону, а полноценная дополнительная шкала жизни. Часть оружия способна бить напрямую по здоровью, игнорируя защиту. В других случаях, наоборот, здоровья у цели немного, но пробить броню оказывается непросто. В сумме боёв в альфа-тесте можно пересчитать по пальцам одной руки — разумеется, если сознательно не провоцировать каждого встречного.

Зато каждое сражение здесь запоминается. Где-то противники могут вызывать подкрепление, и приоритетной целью сразу становится радист. Иногда по арене разбросаны элементы окружения, позволяющие расправиться с врагами куда быстрее и эффектнее. Особенно незабываемым оказался бой с древом Механикус.

На болотах игрок натыкается на стальное дерево, с ветвей которого свисают сервиторы, боевые автоматоны и скитарии. Можно попытаться сбить одного из них выстрелом — почти в духе Гарье Дюбуа. Тогда мгновенно начинается тяжёлый бой, а силы противника прибывают каждый раунд. Остановить этот процесс можно лишь одним способом: запустить два генератора и через центральное древо перезапустить протокол безопасности.

Альтернативный вариант — заранее подойти к древу и через проверку знаний техники обесточить как минимум систему подкреплений. В таком случае бой пройдёт значительно проще. Так можно не только ускорить прохождение, но и заработать очки репутации у Адептус Механикус за сохранение их ресурсов.

На всех бойцов распространяется система морали. От неё зависит эффективность юнитов, однако ощутить положительное влияние на своей стороне за время альфы не удалось. Зато если мораль противников и их шансы на победу стремятся к нулю, сражение можно завершить досрочно.

Навыки в игре теперь можно прокачивать. Хотя их и стало меньше, по ходу уровня каждый имеет ветки развития. Чем выше уровень персонажа, тем большее разнообразие открывается. Например, огненный шторм по площади у Псайкера можно превратить в защиту для союзника. Каждый противник возле него будет получать огненный урон.

Прицельный выстрел теперь работает по принципу системы V.A.T.S. и даёт возможность стрелять в конкретную часть тела с разным шансом попасть.

• Это, конечно, не Ревашоль, но тоже ничего — 10 игр, похожих на Disco Elysium

Графика

Одним из самых спорных аспектов стал обновлённый визуал. В интервью разработчики обещали скачок в графике по сравнению с Warhammer 40,000: Rogue Trader — сопоставимый с тем, что был между двумя частями Pathfinder. На первый взгляд изменения выглядят не столь значительными. Задники и локации были сильной стороной и прошлой игры, а к моделям персонажей особо не присматриваешься — всё-таки изометрия.

Кат-сцены при этом выглядят откровенно деревянными, но есть и своя обратная сторона: каждый персонаж воспринимается как ожившая миниатюра из настольной игры.

В Dark Heresy герои заметно прибавили в полигонах — особенно это бросается в глаза в инвентаре. Нет, это всё ещё не уровень Diablo IV, Path of Exile 2 или, тем более, Baldur’s Gate III, но уже куда более реалистичный, стилизованный хэнд-пейнт, чем в World of Warcraft или том же Rogue Trader. Кат-сцены на движке получили больше режиссёрского разнообразия — необычные ракурсы, пролёты камеры, — но по-прежнему остаются довольно условными.

Отдельное искусство — финальный сегмент в варп-пространстве, где реальность искажается, а законы физики и логики перестают работать. Owlcat Games не постеснялись добавить и скримеры, и уместные рваные анимации, а сама стилизация варпа выглядит по-настоящему оригинально. С обновлённой графикой в это сломанное пространство веришь безоговорочно. Его реализация заметно сильнее, чем в прошлой игре.

А вот где по-настоящему удалось испытать новый для изометрической CRPG опыт, так это в тёмных пространствах Warhammer 40,000: Dark Heresy. Будь то тайная пещера или скрытая гробница, во тьме не видно почти ничего — лишь белый луч фонарика шарит по окружению. К слову, параметр «наблюдательность» работает только с подсвеченными объектами.

Дополняет картину жутковатый эмбиент локаций. Не всегда понятно, какие звуки реальны, а какие — лишь часть звукового окружения. В варпе и вовсе можно услышать женские крики где-то совсем рядом. Атмосферы это нагоняет изрядно.

Техническое состояние

Одной из главных проблем Warhammer 40,000: Rogue Trader на релизе стали обилие багов и слабая оптимизация. Исправляли их довольно оперативно — хотя чинят, по большому счёту, до сих пор. Впрочем, это далеко не уникальная ситуация: схожие трудности переживали многие крупные проекты — достаточно вспомнить Fallout 4 или «Ведьмак 3: Дикая Охота». Первой CRPG по Warhammer можно было простить многое.

Warhammer 40,000: Dark Heresy, увы, унаследовала эти проблемы. Самая серьёзная из них — отвратительная производительность. Даже на видеокартах RTX 40-й серии просадки доходили до 12 FPS и редко поднимались выше 45. Снижение графических настроек ситуацию не исправляло. Очевидно, причина кроется в обновлённом визуале. Хочется верить, что разработчики сумеют решить проблему без жёсткого даунгрейда — возможно, за счёт внедрения Frame Generation, которая уже спасла многих игроков в Warhammer 40,000: Space Marine 2, страдающей от схожих трудностей.

По ходу прохождения встречались и мелкие неприятности. Например, А-позы у погибших противников, некорректное отображение отдельных предметов снаряжения при экипировке, а также баги со звуком — он мог внезапно пропадать или «рваться». В одном из эпизодов текстура плаща Лаартира вовсе застряла в земле, превратившись в визуальный артефакт на всю локацию.

Был и более серьёзный — хотя и спорный — баг. Во время путешествия по варпу игрок сталкивается с иллюзией пропавших рабочих. Они заперты, находятся в отчаянии: еда заканчивается, а в головах зреют далеко не самые светлые мысли. Игроку предлагают вмешаться и изменить иллюзию: либо призвать рабочих до конца оставаться слугами Бога-Императора, а не животными, либо предложить выживать любой ценой — то есть есть друг друга. Можно и вовсе ничего не выбирать — в этом случае иллюзия развивается по второму сценарию.

При выборе первого варианта иллюзия исчезает, а игрок остаётся один на небольшом островке, окружённом кристаллическими стенами. Выхода с него нет. Единственное изменение на локации — ранее висевший в воздухе кристалл падает на землю, но взаимодействовать с ним невозможно. Как и с чем-либо ещё.

На первый взгляд это можно принять за своеобразный мета-комментарий: заставил рабочих сидеть взаперти — сиди и сам. Однако в одном из углов будто бы пытается запуститься некий скрипт: начинается ролик, но тут же обрывается. Всё это наводит на мысль о классическом сейв-локе, а не о сознательном дизайнерском решении.

Выбраться из локации можно только в двух случаях: если выбрать первый вариант или вовсе не делать никакого выбора.

Понятно, что это лишь альфа-тест, и все подобные проблемы ещё могут отладить. Тем более что во время тестирования мы активно пользовались встроенным инструментом баг-репорта (Alt + B — напоминаем). Хотфиксы выходят оперативно даже на этой стадии: например, Owlcat Games уже исправили проблему с А-позами.

По данным некоторых датамайнеров, в игре всё же присутствует русский перевод. Он пока не завершён, но, по имеющейся информации, будет значительно качественнее машинного. Сам альфа-тест при этом проходит на английском языке, изобилует специализированной лексикой и требует вдумчивого чтения. К сожалению, автор узнал о готовящемся переводе лишь после тридцати часов, проведённых в игре.

• За пределами D&D — десять НРИ, которые стоит попробовать

Итог

Делать выводы об игре по одному альфа-тесту всё ещё сложно. Однозначно новаторской выглядит система расследований, бои стали заметно глубже и сложнее, а графика сделала шаг вперёд. Однако сюжет и проработка спутников — те аспекты, которые ещё явно могут и будут меняться

По общим впечатлениям проект пока выглядит далёким от релиза. Все скриншоты, представленные сейчас в Steam, и почти все кадры из трейлера взяты из контента альфы. Все показанные спутники уже присутствуют в тесте — при том, что речь идёт лишь о фрагменте одного из актов. По контексту ясно, что игра предполагает куда более обширное вступление, а текущая концовка ощущения завершённости не создаёт. Главный герой побеждает очередное «злое зло», но что дальше — неясно. Вряд ли акт полноценно закончится на этом моменте.

При этом ощущается заметное наслоение контента. Роль двух менторов, к которым аколит якобы должен прислушиваться, — Септимы и Миллицентилии — пока не раскрыта. В Warhammer 40,000: Rogue Trader у главного героя фактически не было начальства, и он был волен действовать как угодно и когда угодно. Здесь же формально начальство есть, но пока аколит рубит демонов, общается с нищими и сектантами, одна из наставниц статично «сидит» в планшете, а другая важно ходит из стороны в сторону. Обе при этом периодически мешают друг другу — и заодно вставляют палки в колёса именно нам.

Начальников много, исполнитель один. Поддерживать кого-то из них пока не хочется — их значимость для истории предстоит узнать в будущем.

В исправление технической части хочется верить, но, вспоминая релиз Rogue Trader, верится с осторожностью. Очевидно, что проблемы с производительностью принесла возросшая визуальная планка, но стоит ли она просадок до 12 FPS? В конце концов, стабильная, пусть и более простая графика зачастую предпочтительнее красивой, но разрушающей игровой опыт.

Warhammer 40,000: Dark Heresy — это однозначно игра, которую стоит ждать каждому поклоннику вселенной. Тем более что Warhammer 40,000: Rogue Trader, во многом благодаря харизматичным мужским персонажам, привёл в Далёкое Мрачное немало новых поклонниц — и у Dark Heresy есть все шансы этот эффект не только повторить, но и усилить.

Любителей настоящих детективов игровая индустрия радует нечасто, так что проект вполне может стать находкой. Прелесть Warhammer 40,000: Dark Heresy в том, что она не требует знания всех 54 томов «Ересь Хоруса» или просмотра 16 эпизодов «Молот и Болтер». Игра работает автономно и остаётся дружелюбной к новичкам.