Камера, мотор — 10 ААА-игр с гениальной режиссурой и постановкой

Времена, когда нарратив в видеоиграх подавался скупым текстом на экране загрузки или статичными диалогами, давно в прошлом. В современных ААА-проектах режиссура и картинка легко встают в один ряд с хорошими фильмами. Игровая индустрия не просто догнала кино, а во многом обогнала его — там, где зритель пассивно наблюдает, игрок сидит в режиссёрском кресле.

Когда мы говорим, что игра кинематографична, помимо красивой графики, мы также имеем в виду драматургию, продуманную постановку, операторскую работу и монтаж. При этом у тренда на киношность есть и оборотная сторона — чем больше игра притворяется фильмом, тем выше риск задушить геймплей и личный опыт игрока.

God of War (2018)

Если в своё время вас поразила операторская работа в фильмах «1917» и «Бёрдмен», — God of War (2018) точно для вас, потому что в нём нет монтажных склеек. На съёмках у операторов и актёров не было права на ошибку, а работу остальных технических специалистов планировали до мельчайших деталей. Итог создал эффект присутствия, недостижимый для традиционного кино.

Подобная идея возникла у геймдиректора Кори Барлога ещё в 2013 году, когда тот трудился над перезапуском Tomb Raider. Тогда коллеги посчитали идею безумной, да и при создании God of War не все были уверены, что задуманное получится реализовать в полной мере. Однако студия Santa Monica всё же справилась с титанической задачей.

По мнению разработчиков, бесшовность создаёт ощущение интимности и привязанности к героям. Кроме того, органичная съёмка нарративно сложных диалогов сама по себе доставляет удовольствие. Техническая сторона здесь работает в связке с предельно камерным, почти интимным сюжетом. Всё происходящее формально сводится к выполнению последней воли умершей матери — подняться на высочайшую гору и развеять её прах. Игрок без монтажных склеек наблюдает, как развиваются изначально сухие и скованные отношения отца и сына.

• 10 лучших нарративных игр десятилетия. От To the Moon до Disco Elysium

Cyberpunk 2077

CD Projekt RED пошли иным путём, также предложив режиссуру высшей пробы, но уже от первого лица. Модернизированный движок и инновационные технологии позволили игрокам буквально слиться с протагонистом Ви. Авторы выстраивают мрачную, приземлённую историю об одиноких людях, цепляющихся за жизнь в бетонных джунглях.

Вместе с этим студия порадовала эстетов качественным визуалом архитектуры Найт-Сити — мельчайшая детализация корпоративных башен, гнилых трущоб и неоновых вывесок однозначно стоит внимания. Конечно, если ваше устройство потянет требования игры.

• Прощай, реальность — 10 великих продолжительных RPG

Alan Wake 2

События игры стартуют спустя 13 лет после финала первой части. Вместе с напарником Алексом Кейси Сага Андерсен расследует серию явно ритуальных убийств. Очень быстро становится ясно, что это не просто дело о маньяке: мёртвые поднимаются и нападают на людей, а на берегу озера буквально из ниоткуда объявляется Алан Уэйк.

Одна из отличительных черт проекта — использование full-motion video — съёмок с живыми актёрами. Этот приём даёт ограниченную интерактивность: мы не меняем правила, а выбираем порядок показанных фрагментов и становимся монтажёром, который собирает историю из кусочков. Задача сценариста — сделать иллюзию свободы настолько убедительной, чтобы игрок почувствовал себя соавтором.

Также игроков восхитили наложение изображений друг на друга, подчёркивающее нестабильность происходящего, рваный монтаж, напоминающий шизофренический кошмар писателя, а также топовые освещение и качество графики. Несмотря на реалистичность, они погружают в психодел и хоррор, а критики назвали проект одним из самых визуально выдающихся за последние годы.

• Чашечка кофе в озере идей — авторский портрет Сэма Лейка

Death Stranding 2: On the Beach

Death Stranding 2: On the Beach — редкий пример по-настоящему авторского ААА-проекта, визуальный ряд и нарратив которого подчинены единой режиссёрской воле Хидео Кодзимы.

Да, игра не стала революционной в плане графики, но визуал заслуживает похвалы — это и тщательно проработанные постапокалиптические ландшафты, и смена времени суток и погоды, и общая уместная кинематографичность, работающая на идею, а не на демонстрацию технологий.

Сюжет — палитра политической сатиры, научной фантастики и глубоко личных драм. Сохраняется и авторская интонация: Кодзима позволяет себе быть странным, сентиментальным и честным.

• Обзор Death Stranding 2: On the Beach — (не)идеальный сиквел

Senua’s Saga: Hellblade II

Senua’s Saga: Hellblade II продолжает топ гиперреалистичных игр. Это и качественная детализация окружения, и реалистичная графика величественных ландшафтов Исландии, и плавная анимация — в целом проект выглядит как дорогое кино: не всегда можно понять, где заканчивается кат-сцена и управление передаётся игроку.

После мучительного психоделического путешествия первой части Сенуа выросла как личность — теперь она защитница слабых, новая цель которой — отомстить захватчикам, напавшим на её деревню. В 6–8 часов сценаристы укладывают продуманный до мелочей, цельный сюжет с яркими и живыми персонажами.

Нельзя не упомянуть саунд-дизайн. Игра сохраняет эффект психического расстройства из первой части — в наушниках голоса буквально «ходят» вокруг вас (как говорил Колян из «Реальных пацанов»: «Зацени, звук вокруг, ха!»).

• Лучшие фэнтези-игры — топ волшебных миров, в которые стоит погрузиться

The Last of Us: Part II

The Last of Us: Part II смело можно назвать эталоном, задавшим игровую планку на годы вперёд. Проект Naughty Dog — один из самых дорогих в индустрии: бюджет составил около $220 млн.

С точки зрения графики персонажи буквально ожили — их эмоции можно прочитать по едва заметному напряжению лицевых мышц. Камера, композиция кадра, режиссура сцен и постановка боёв работают как единый киноорганизм.

В центре сюжета — спорная и жёсткая история о мести Элли и Эбби, которая будоражит игровое сообщество по сей день. Проект можно назвать отрывком из энциклопедии о людях — страницами о противоречиях, эмоциях и боли.

Игра получила рекордное количество наград и восторженных отзывов от игроков и критиков, а наш автор ранее назвал её одой перфекционизму.

Red Dead Redemption 2

Перейдём к играм, где каждый скриншот хочется распечатать и повесить на стену. Red Dead Redemption 2 — одна из них.

За восемь лет разработки более четырёх тысяч человек в составе Rockstar создали удивительно реалистичный Дикий Запад, который так и манит к созерцанию — среди живописных ландшафтов нет даже двух одинаковых деревьев или цветов на поляне. Кат-сцены бесшовно перетекают в геймплей, а кадр поставлен явно опытными кинооператорами.

На уровне визуального великолепия держится и нарратив. В медленной и тягучей истории конца XIX века нет проходных миссий, а диалоги могли бы стать украшением вестернов Серджио Леоне или Квентина Тарантино.

• Интерактивные драмы, путешествия и зубодробительные экшены — лучшие приключенческие игры

Ghost of Tsushima

А в случае Ghost of Tsushima проект вытягивает в первую очередь визуал — остров Цусима выглядит невероятно живописно и правдоподобно. Дело тут не столько в новейших технологиях, сколько во внимании к цвету, свету и композиции: в осенних лесах, бескрайних полях и море солнечных бликов хочется остаться подольше. А ещё есть режим, который в моменте превращает игру в старый чёрно-белый фильм про самураев.

Несмотря на блеск художественного оформления, сюжет и геймдизайн ничем особо выдающимся не отличились. У проекта мощная идейная основа — самурай вынужден отказаться от кодекса чести и стать «призраком» ради спасения родины. Однако подана эта идея слегка пресновато, и по-настоящему интересной история становится ближе к концу.

• От Бусидо до Акихабары — лучшие игры про Японию

Detroit: Become Human

А вот сейчас поговорим уже почти про интерактивное кино. Detroit: Become Human — ещё один яркий пример того, как технический перфекционизм в области визуала может маскировать огрехи драматургии. Взамен бескрайним панорамам, как в предыдущих играх, Quantic Dream сделали акцент на скрупулёзно отточенной мимике, пластике тела и уникальном визуальном ряде для каждого из играбельных героев: небольшая резкость, выраженная зернистость и «шаткий» длинный объектив у Кэры; мелкая и плотная зернистость в синих оттенках — у Коннора; оранжево-белая палитра — у Маркуса.

Повествование строится по схеме разветвлённого дерева — монтаж вашего «фильма» происходит в режиме реального времени. По сути, игра сочетает в себе три разные истории, параллельно влияющие друг на друга.

В жертву принесли диалоги и сценарий. Впрочем, это не помешало проекту получить мировое признание и сохранить активный фандом по сей день.

A Plague Tale: Requiem

A Plague Tale: Requiem — ещё один пример смещения акцента в сторону фотореалистичных панорам.

В сиквеле действие перенесено из мрачной и обескровленной войной Аквитании в залитый солнцем Прованс с его фестивалями, рынками и гаванями. Стоит отметить и технический скачок — хотя бы ради возможности одновременно выводить на экран сотни тысяч крыс.

Из минусов — предсказуемость сюжета, простота персонажей, почти каждого из которых можно кратко описать без потери смысла, и проблемы с оптимизацией. Даже взросление Амиции не особо спасает ситуацию. В результате Requiem оказывается игрой, в которой мастерски выстроенная мрачная атмосфера явно превосходит по уровню собственно нарратив.

• Обзор A Plague Tale: Requiem. Красиво-устрашающая сказка о важном

Кино vs Игры

Сейчас игры и кино параллельно существуют на одном экране, но подчиняются разной логике: в кино царит тоталитаризм, а в играх — разделённая власть. Кинорежиссёр — абсолютный диктатор. Только он решает, что вы увидите и в какой последовательности, а зритель пассивен по определению. Геймдизайнер же вынужден делить режиссёрское кресло с игроком.

Разработчики должны расставлять направляющие так, чтобы игрок их считывал, но не чувствовал себя глупым, будто ему разжёвывают очевидные вещи. Так по игре раскидывают условные «хлебные крошки»: яркий свет в тёмной пещере, геометрию ландшафта, ведущую к точке интереса, громкий звук, внезапный обвал, отсекающий путь назад… Примеров можно привести очень много. И все они работают на ненавязчивую фокусировку внимания на главном.

И здесь возникает вопрос к тренду на интерактивное кино в индустрии: не убивает ли он в игре самое главное — геймплей? Каждый раз, когда управление отбирает заранее отснятая сцена, личный опыт слабеет. Полностью отказаться от кинематографа в играх никто и не стремится — он отлично работает на выполнение задач геймдизайна. Вопрос лишь в том, как его применять: можно вести игрока за руку ради конкретной цели, а можно мастерски создавать ситуации, где его выбор становится ядром опыта.

На этом фоне возник тренд на бесшовность, который в массовом сознании закрепил новый God of War: Ragnarok. Если в более старых играх структура была условно разделена на геймплей и ролики, то современным движкам достаточно мощности для сложной анимации. Переход от кат-сцен к управлению в топовых проектах стал плавнее. В результате ритм игры не ломается, а граница между геймплеем и просмотром кат-сцен практически исчезает.

Эффект усиливается тем, что игры научились симулировать саму оптику кино. Движки уровня Unreal Engine 5 воспроизводят работу реальных объективов — теперь картинка «дышит», и мозг в какой-то момент начинает воспринимать рендер как реальное изображение. Так новый игровой опыт сливается с уже имеющимся жизненным или зрительским и облегчает вход во вселенную проекта, догнавшего кино по визуальной правдоподобности.

Но самое главное отличие игр от кино — интерактивная эмпатия. Там, где фильм всего лишь показывает, как герой спускает курок, игра может заставить нас выстрелить самим — то есть взять на себя ответственность за смерть. В этом смысле режиссура видеоигр делает зрителя соучастником действия. Чем меньше игра притворяется фильмом и чем больше позволяет действовать, тем ближе она к раскрытию собственного потенциала.

Будущее игр как искусства — в использовании киноязыка как инструмента, а не костыля для подмены интерактивности.